"Антифашисты" это не игра

Для начала следует определиться с терминами. При разговорах о «скинхедах» и «антифашистах» речь идет об ультраправых и ультралевых радикалах. При  этом «ультралевые» радикалы - представители субкультуры «антифа», на уровне субкультуры сами являются носителями субкультуры «скинхедов». И сами «антифа» именуют себя «редскинс», «красными скинами». А своих противников-ультраправых они именуют «бонхедами»( «костяные головы»), или попросту «бонами». Терминологически следует различать и понятия «антифашист» и «антифа». «Антифашистами» были те, кто в составе армий антигитлеровской коалиций и  партизанских отрядах сражался с оружием в руках против немецко-фашистсих войск. Ультралевые радикалы «антифа» к вышеуказанному разряду людей никакого отношения не имеют.

Второй интересный момент: оба течения - и «редскинс», и «бонхеды», принадлежат к одной и той же субкультуре, наполненной лишь разными идеологическими трактовками. Но эта субкультура не молодежная, как в случае «хиппи» и «панков», а скорее политическая. И это субкультура, имеющая западные корни. Но если субкультура «бонхедов» или скинхедов-неонацистов коренится, прежде всего, в англо-саксоских странах, прежде всего - Великобритании и США, то субкультура «редскинс» и «антифа» больше распространена в Германии. То есть, и те, и другие, ориентируются на иностранные образцы. И вполне возможна ситуация, при которой в крупных российских городах могут произойти такие же побоища, как те, что на первое мая регулярно проходят в Берлине, Гамбурге и других немецких городах. Толпы - тысячи ультралевых и ультраправых выходят на улицы и лупят друг-друга. А дурной пример заразителен.

Мы пока находимся в начале этого явления, но если раньше подобные вещи могли произойти лишь в Москве - Санкт-Петербурге, то теперь мода дошла уже и до Казани. Глядишь, если все будет развиваться такими темпами, то через год-второй-третий эта волна докатится до уровня областных и районных центров. И если в Европе это все обходится ссадинами-вывихами-переломами, то у нас все это, к сожалению, может прийти к гораздо более серьезным последствиям. Это очень опасно, речь зачастую будет идти о человеческих жертвах с обеих сторон.

Обществу надо выработать какое-то отношение к субкультуре «антифа». Оно должно базироваться на следующих моментах: с одной стороны, цели декларируемые «антифа» - борьба за национальное равноправие, против унижения по национальному, культурному и расовому признакам - цели общегуманистические. С другой стороны, надо отдать отчет в том, что в основе деятельности этой субкультуры лежит ложное представление о том, что допустимо и похвально нарушать закон. И не смотря на то, что на сайтах «антифа» постоянно утверждают, что их силовое «уличное противостояние» не направлено на то, чтобы совершать убийства и иные противоправные деяния, направленные против личности.

В принципе, в какой-то мере это соответствует реальности - по данным германской полиции, количество тяжких телесных повреждений и смертельных исходов при нападении ультралевых экстремистов несколько ниже, чем при нападениях ультраправых. Кстати, в Германии и на Западе вообще, представители ультралевых обычно из более образованных слоев молодежи, нежели ультраправые. В Казани же количество студентов практически одинаково среди тех и других - это уже чисто наша специфика. На западе ультраправые все же в основном безработные и представители рабочего класса, а ультралевые в основном студенты и выходцы из достаточно обеспеченных слоев.

Но для нас главное - информационная интерпритация происходящего, которая должна строиться на том, что и государство и СМИ, должны акцентировать внимание на недопустимости нарушения закона и применения насилия кем угодно - хоть «антифа», хоть «Черными ястребами», хоть ДПНИ. Ведь грань между ударом кулаком - ударом ножом - выстрелом из травматического пистолета - ударом кастетом, очень зыбкая. Сегодня я выйду на улицу, увижу человека, который показался мне идеологически опасным приверженцем каких-то, как мне показалось же расистских идей - и я его ударю. А что завтра? Насилие нельзя оправдывать ни в какой форме.      

Ни с теми, ни с другими я, слава богу, никогда не встречалась.

Движения антифашистов и скинхедов схожи по своей организованности и фанатичности, нацеленности на притеснение тех, против кого они выступают. Полезные идеи там могут быть, но люди они фанатичные и в чём-то больные. Возможно, они считают, что с вступлением в такое общество они обретут силу, статус. Наверняка, им в семье что-то недостает, нехватка внимания, родительского, общественного.

Идеи антифа себя не оправдывают, потому что это агрессия. Организация таких групп кому-то на руку. И не всегда рядовые участники это понимают. Однозначно нужен контроль и за теми, и за теми.

О реальных масштабах говорить трудно, но влияние на молодежь они имеют. Среди молодежи надо вести разъяснительную работу. К тому же, присутствует общий агрессивный фон и в кино, и на ТВ.

Хорошую почву для влияния фашизма и антифашизма создает воспитаниев семье. Агрессивные высказывания родителей воспринимаются детьми нормально: у нас по отношению к русским, а в России по отношению к нерусским национальностям.

Я считаю, обществу нужны все: и фашисты, и нашисты. Обратимся к опыту Великобритании: там провозглашаются демократические устои, много приезжих и много ультраправых организаций. Но ведь они вполне нормально ведут свою агитационную работу, им никто не запрещает выступать, ходить. То же самое есть в Германии, ультраправые легально преследуют свои цели. Они пытаются добиться сохранения своего национального колорита, чтобы простые британцы, германцы могли найти себе работу, а не брать на эту работу приезжих арабов, турков. Кто еще будет защищать права узкой пролетарской прослойки?

То, что их называют фашистами, мешает восприятию их идеологии. Тем более, неправильно путать фашистов и нацистов: разные цели, разные идеологи. Фашистская - это больше государственная форма, а нацисты это, по сути, националисты. То есть, нацисты защищают не государство, крупных предпринимателей или национальную промышленность, а национальную идентичность народа. Почему вот у нас поморы или саамы могут бороться за свои узкие национальные права вполне мирными и демократическими методами? А русские нет?

Антифа тоже пусть существуют. Проблема в том, что они используют силовые методы. Никакие избиения никого никем поощрять нельзя. Почему нельзя просто поговорить, выйти на дискуссию?

У нас в Хакасии национальные проблемы были в 90-е. И тогда были эти строптивые сторонники драк и прочего. Сейчас во многом благодаря социально-экономической ситуации население достаточно спокойно живет. А в районах есть движения антифашистские, хотя, не скажу, что они заметны. Я считаю, все меры кроме физического насилия приемлемы.

Если говорить о скинхедах, это же движение, основанное на насилии. Если к ним применять насилие, это увеличит насилие в десятки раз. Эта мера не позитивна.

Схожесть скинхедов и антифа в том, что основы у движений политические. От лидера зависит почти всё. И политические амбиции лидеров ведут к конфликтам, однозначно. Раз методы доказывания правоты одни и те же, значит, они представляют один слой населения, одну систему взглядов, которую кому-то удобно интерпретировать по-разному.

То, что делают эти организации, по сути, и отражает то, чем они являются. Поэтому только по названию судить не стоит. Всех под одну гребенку не стоит пропускать. То, что и там, и там и русские, и другие национальности, ожидаемо.

В целом, антифа и скинхеды - это «необходимое» отклонение, девиантное поведение, которое всегда будет наблюдаться.

Случай в Казани в некотором роде показательный - он показывает всю бредовость ситуации. Милиция, вместо того, чтобы заниматься борьбой с организованной преступностью, занимается по существу какой-то ерундой. Почему? Да потому, что вместо подразделений по борьбе с организованной преступностью созданы «антиэкстремистские подразделения», которые занимаются какими-то молодежными субкультурами, драками и разборками. По существу тем, чем должны заниматься участковые, а  в худшем случае - районное отделение милиции. А целое хорошо организованное и финансирующееся специальное подразделение занимается ерундой, вместо того, чтобы заниматься настоящим делом борьбы с преступностью.

А «антифашист», на самом деле, это сокращение от «антирусский фашист». То есть, настоящие фашисты. Их движение, цели и идеология направлены именно против русских, причем национально мыслящих. Так что они просто недоговаривают о своей истинной ориентации в своем названии. «Либеральные» прозападные оранжевые правозащитники и «антифашисты» - уличные хулиганы - это всё звенья одной цепи. «Антифа» - уличная пехота «оранжевой» революции, мечта о совершении которой в России не покидает умы заокеанских заказчиков. И «антифа» они планируют превратить в пушечное мясо столь чаемого ими переворота. Обкатка технологий уже идет на практике - нападение на «Комсомольскую правду», Союз писателей и спортивный магазин в Москве только в последние месяцы. Идет выработка боевых навыков, прокачка от уровня дворовых «гопстопщиков» до серьезных погромщиков, которые смогут противостоять милиции и ОМОНу в случае уличных беспорядков. Что и показало 19 января, когда они атаковали ОМОН, используя подручные средства.

Озабоченные «ростом экстремизма» «правозащитники» не желают этого замечать вследствие двойных стандартов. Они работают в спайке - пехота, которая трудится на западные фонды, и «правозащитники», кормящиеся там же, которые пехоту покрывают. Как же они пойдут против тех, с кем едят из одного корыта?

А правоприменительная практика у нас, к сожалению, такова: когда во Владивостоке некий «антифашист» Мишуткин зарезал человека, якобы  - «скинхеда», то получил за это смешной условный срок 1 год, то есть отделался легким испугом. А за «убийство таджикского дворника», в котором, может быть, и не было ни дворника, ни таджика, Андрей Почукаев получает 19 лет строгого режима и его жена остается одна на руках с малолетним ребенком. Приговор этот разительно отличается как от вышеприведенного, так и от приговора каким-нибудь «Черным ястребам» или убийцам - кавказским бандитам. Всё это двойные стандарты и говорит в том числе о том, что уровень компетенции милиции, которой поручили бороться с экстремизмом, настолько не соответствует поставленным задачам, что реальных экстремистов, которые готовятся на западные деньги для совершения государственных преступлений, они просто не замечают.                 

У нас со скинхедами дела обстоят несколько иначе, чем в Татарстане и России вообще. В России обычно в больших городах живет русскоязычное население. А других национальностей - процентов 5-10. Проблема появляется, когда у какой-то национальности есть существенный количественный перевес. А на Кавказе народы уже изначально живут в таком тесном соседстве, что даже мысль о том, что кто-то хуже другого в плане такого разделения, как у скинхедов - в плане кавказцев и славян, никому и в голову не пришла.

Но, к сожалению, понятия «скинхедов» и «антифашистов» зачастую неправильно расшифровываются различными политическими силами. Бывает, что и простое злостное хулиганство пытаются прикрывать благородным словом «антифашизм». Но в Черкесске я никогда не сталкивался ни со «скинхедами», ни с «антифашистами». Но в Москве однажды с этим явлением чуть не столкнулся - решил показать впервые приехавшему в Москву другу Старый Арбат. И еще на подходе стали замечать, что впереди какая-то большая потасовка. А потом прохожие нам сказали: ребята, не ходите туда - там все милицией забито. А вечером мы узнали по телевизору, что там проходила акция «Россия для русских, Москва для москвичей». Этот мой друг, не попавший на Арбат, был, кстати, русский.

А вот на молодежных форумах в Интернете бывают очень интересные диалоги тех самых скинхедов и антифашистов. Во многих городах движение антифашистов создают в противовес этим скинхедам, и только для того, чтобы на удар булыжником по голове тоже ответить ударом булыжника по голове, не бороться с явлением, а просто мстить. Это неправильно истолкованная идея антифашизма, который изначально ведь кем-то создавался, скорее всего? А становясь на одну ступеньку с теми же скинхедами, антифашисты становятся таким же опасным для общества асоциальным субъектом.

Расовая нетерпимость начинается очень рано - нельзя сказать, что в период с 14 до 25 лет, нет. Она начинается очень рано и продолжается всю жизнь. Если живешь в стране, в которой очень много национальностей,  осознавание того, что «другие» не значит «хуже», должно идти со школы. Мы все исторически живем в одной стране, говорим на русском языке, и мы в Черкесске такие же жители России, как и те, что живут в Новосибирске или Мордовии. А расовая нетерпимость и неприятие возникают лишь от незнания другого и того, что все разные. Сейчас стали чаще говорить об этом, и народ начинает понимать.

В каждой молодежно организации, какая бы она плохая ни была, есть что-то хорошее. А то, что они, по сути, одинаковы - так молодежь одна и та же.

Антифа и скинхеды, это, насколько я могу судить, занимаясь молодежной политикой в нашем регионе, достаточно неярко выраженные сообщества молодежи.

Регион-то у нас в центральной России и проживают в нем  основном русские, мусульман мало. «Скинхеды» - да, они есть, но их трудно увидеть. Общество у нас провинциальное, их просто не понимают, и они сами стараются держаться особняком. Кучкуются себе где-то в определенных местах и свои внутренние дрязги с кем-то на широкую публику не выносят. Разве что только какие-нибудь свои рок-фестивали проведут, и все. Подытоживая, скажу: «их незаметно». И никаких «антифа» у нас тоже нет.

Да и территория у нас достаточно большая, чтобы разнести места сбора неформальных групп, если они есть. Где-то у нас готы собираются, где-то - эмо, где-то еще кто-то. У нас у каждого есть свое место и по головам никто друг-друга камнями и бутылками, как в Казани, не бьет. А если даже и есть какие-то «идеологические» конфликты, то в разряд «тяжких телесных повреждений» они не переходят. Да и вообще, применяющие такие методы - обычные хулиганы, в какие бы одежды, как «антифа», они ни рядились.   

Легко говорить о милосердии, когда избивают и убивают кого-то не знакомого и далеко от тебя, но попадитесь сам опьяненной своей безнаказанностью толпе, уверен, что у многих изменятся высказывания.

Я против насилия, но я за адекватную реакцию на насилие. Осуждать антифашистов (не судить за конкретные действия - это сделает суд, а именно осуждать их поведение) можно только в том случае, если было сделано всё, чтобы таких группировок не появлялось.

У нас же в стране отсутствует четкая идеология с ясной, принятой всеми системой ценностей, безобразно поставлена система воспитания, реакция правоохранительных органов на действия скинхедов, и вынесенные оправдательные приговоры - всё это ведет к появлению иных форм борьбы с фашиствующими молодчиками. Если существующая в обществе система не может эффективно бороться с угрозой, (а угроза возрождения фашизма в России, на мой взгляд, стала более, чем реальной) появляются те, кто борется с ними доступными методами на свой страх и риск. Обвинять их в этом я бы не стал.

Идеи у них разные, а воплощения в жизнь, к сожалению, практически одинаковы. Это не в плюс. Хорошую идею можно загубить человеческим фактором. Мне, конечно, ближе идеи антифашистов, но их позиционирование себя в обществе не нравится.

Помимо желания махать кулаками у них есть и личная неустроенность, невозможность найти свое место в жизни. Появляется желание искать причины этой неустроенности, кто же в этом виноват. А что движет антифа не понятно, может, чувство справедливости?

У нас раньше в Казани были группировщики, и были такие же молодежные движения при органах МВД. Понятно, что это были те же молодые ребята, так же накачанные, те же способы поведения на улице. Тем не менее, они имели определенное общественное право, как им казалось, чтобы себя позиционировать так. Есть люди, которые готовы вне закона работать, есть те, кому нужно для этого общественное прикрытие. Прикрытие для своей деятельности. Вроде того, что ты являешься участником антифашистской организации, спасаешь свою Родину.

Хотя, возможно, угроза фашизма несколько преувеличена. Тем не менее, если не обращать на это внимания, ничто не помешает скинхедам дальше развивать свою деятельность, продвигать своих членов в органы власти. Ведь у них есть идеология, есть планы. Это и опасно. Те, кто на виду, кричат, шумят, не так опасны, как те, кто в структурированной организации планомерно развивают свою идеологию. Препятствовать этому надо. Сегодня я никого не вижу на улице, завтра могу пострадать. Молодежь надо оповещать, развивая некий инстинкт опасности по отношению к этим организациям, и привлекать в другую деятельность, оттягивать на спорт, искусство.

Хотя, часть молодежи c такими настроениями сохранится. Те, кому нравятся такие идеи, камуфляж, всегда будут.